Архив за день: Опубликовано 14.10.2020

Святой праведный воин Федор Ушаков

Святой праведный воин Феодор Ушаков
память 15 октября (2 октября ст.ст.)

Величественно и благородно встает из века XVIII Федор Ушаков. Адмирал, флотоводец, дипломат, стратег, политик, доброделатель и милосердец.

дальше
Ныне, когда везде только и повторяется: «Политика — грязное дело», кажется, невозможно соединить столь разнородные и противоречивые качества в одном человеке. А Ушаков соединил. Соединил и спаял их. Слил в сердце своем, в душе своей. А отсюда, наверное, и блестящие победы под Тендрой, у Фиодониси, у Калиакрии… А затем при Корфу. Он создал тогда, в конце XVIII века, новую тактику парусного флота, разрушил канон, установленный адмиралами «владычицы морей», покорителями Нового Света — испанцами и честолюбивыми голландцами, флибустьерами-французами.

Мелкопоместный дворянин с берегов Волги, воспитанник Морского кадетского корпуса и русской школы мореходцев не оробел перед самыми высокими авторитетами и расковал морское искусство. Сделал он это, опираясь на русского моряка, трудолюбца, исполнителя и христианина. Итак, на Черном море он стал адмиралом, флотоводцем, стратегом. А в 1798-1800 годах — Средиземное море. Он вместе с турецкой эскадрой освобождает от французов Ионические острова. И становится отцом-основателем первого свободного греческого государства после разгрома Константинополя (Республика Семи островов). Многие не помнят, да и не знают этого. А ведь он со своей эскадрой освободил острова, разрешил там греческий язык, способствовал созданию самой демократической в Европе Конституции. Он сохранил мир между сословиями, оградил острова от бунта низов и чванливого деспотизма аристократов. Республика Семи островов, пожалуй, в то время была самым справедливым и свободным государством.

Святой праведный воин Феодор Ушаков
Святой праведный воин Феодор Ушаков (†1817)

А между тем сам Федор Федорович — верный слуга Отечеству и императору, монархист и православный. Но, значит, все это не делает человека ограниченным консерватором, тупым реакционером, примитивным исполнителем воли царствующих особ, как пытались нередко представить в наше время тех, кто был «слуга царю, отец солдатам». А Ушаков был самый заботливый отец солдату и моряку. Не раз из-под его пера выходят приказы, подобные этому: «Рекомендую всем господам командующим корабли, фрегаты и прочие суда в палубах, где должно для жилья поместить служителей, привесть в совершеннейшую чистоту, воздух даже в интертрюмах кораблей очистить, а затем здоровых служителей перевести на суда… Больных служителей, которые не могут помещаться в госпитале, содержать при командах… в казармы, в которых соблюдать всевозможную чистоту и рачительный за ними присмотр и попечение самих господ командующих. Также и я не упущу иметь и собственный присмотр за всеми…»

Моряки его обожали и боготворили. И без них он бы новой тактики не создал. Моряк был для него Человек, Соотечественник, Соратник. Он был для него брат во Христе. Он это подтвердил, уйдя в отставку и поселившись у Санаксарского монастыря на Тамбовщине. Там загорелась его новая звезда, звезда милосердного благотворителя, Божьего служителя. В «Русском вестнике» после кончины Великого адмирала в 1817 году было написано: «Кто жил для пользы общественной, тому приятно в преклонные годы жить с самим собой и Богом. Вот для чего покойный Адмирал для жительства своего избрал деревню, близкую к святой обители».

Верно подметил современник Ушакова. Это стремление многих истинных людей, изведавших суеты деятельной жизни в обществе. Однако Ушаков, удалившись от столицы и флота, не стал затворником. Его дом был открыт для всех жаждущих помощи, для ищущих успокоения, для бедных и убогих. В «Русском вестнике» писали: «Уклоняясь от светского шума, Ушаков не удалил сердца своего от ближнего. С какой ревностью служил он некогда Отечеству, с таким же усердием спешил доставлять помощь тем, которые прибегали к нему».

Санаксарский монастырь
Рождество-Богородичный Санаксарский мужской монастырь. Здесь покаются мощи св. прав. воина Федора Ушакова

Вначале Ушаков считал, что уединился, отошел от мирских дел целиком, и усердно молился. Это истовое моление было замечено всей братией монастыря. Даже через 12 лет после смерти Ушакова иеромонах Нафанаил в письме архиепископу Тамбовскому Афанасию сообщал: «Оный адмирал Ушаков… и знаменитый благотворитель Санаксарской обители по прибытии своем из С.-Петербурга около 8 лет вел жизнь уединенную в собственном своем доме, в своей деревне Алексеевке, расстояние от монастыря через лес версты три, который по воскресеньям и праздничным дням приезжал для богомоления в монастырь к служителям Божьим во всякое время, а в Великий пост живал в монастыре в келье для своего посещения… по целой седмице и всякую продолжительную службу с братией в церкви выстаивал неукоснительно, слушая благоговейно. В послушаниях же в монастырских ни в каких не обращался, но по временам жертвовал от усердия своего значительным благотворением, тем же бедным и нищим творил всегдашние милостивые подаяния и всепомощи. В честь и память благодетельного имени своего сдал в обитель в Соборную церковь дорогие сосуды, важное Евангелие и дорогой парчи одежды йа престол и на жертвенник. Препровождал остатки дней своих крайне воздержанно и окончил жизнь свою, как следует истинному христианину и верному сыну святой церкви».

Ушаков молился усердно, поминая ушедших из жизни своих соратников, родственников, случайно встреченных на дорогах людей, желал здоровья живущим и раздавал все, что имел, всем, кто приходил к нему с просьбой, кто тихо надеялся, кто безмолвно стоял с протянутой рукой на паперти.

Адмирал Федор Ушаков
Портрет Федора Ушакова работы Петра Бажанова, 1912

Мы часто говорим и вспоминаем замечательных русских меценатов Морозова, Мамонтова, Бахрушина. Думаю, что с не меньшим благоговением следовало бы нам вспоминать великого милосердца и братолюба Федора Федоровича Ушакова. Он ведь с самого начала своей «большой» карьеры, «дабы не было розни» между родственниками, братьями, племянниками, раздавал и отдавал им свои поместья. Дальше — больше. Кто не знал на Черноморском флоте, что моряки, экипажи у Ушакова никогда не останутся голодными, раздетыми, бесхозными.

Адмирал, если не мог вырвать довольства у чиновников Адмиралтейств, то выкладывал на пропитание и обмундирование свои личные, кровные, адмиральские денежки. Вот, например, что писал он в приказе от 18 октября 1792 года: «По случаю же недостатка в деньгах по необходимости сбережения служителей в здоровье отпускаю я из собственных своих денег тринадцать тысяч пятьсот рублей». Наверное, ему потом что-то возвращала казна, а что-то и пропадало. Но не пропадала вера в адмирала у моряков, у офицеров и всех служителей морских. Поселившись же у стен Санаксарского монастыря, казалось, спешил отдать людям все, что у него накопилось. В грозную и кровавую войну 1812—1814 годов, будучи уже немощным для того, чтобы возглавить ополчение (а именно его избрали тамбовские дворяне во главе ратников), вносит вклад за вкладом, чтобы облегчить жизнь раненых и покалеченных солдат.

Темниковский предводитель дворянства Александр Никифоров, донося 15 января 1813 года тамбовскому губернатору о том, что для содержания и лечения больных солдат необходимо 540 рублей, далее сообщает: «Относился я по изъявленному благодетельному расположению к таковым пособиям к его превосходительству господину адмиралу и кавалеру Федору Федоровичу Ушакову, вследствие чего его превосходительство и представил вышеписанную сумму для продовольствия больных военнослужащих — 540 рублей в мое распоряжение».

Сам Федор Федорович в письме обер-прокурору Синода в ответ на обращение императрицы Елизаветы Алексеевны о свершении денежных пожертвований страждущим, писал:

«Я давно имел желание все сии деньги без изъятия раздать бедным, нищей братии, не имущим пропитания, и ныне, находя самый удобнейший и вернейший случай исполнить мое желание, пользуясь оным по содержанию… в пожертвование от меня на вспомоществование бедным, не имущим пропитания. Полученный мною от С.-Петербургского опекунского совета на вышеозначенную сумму денег двадцать тысяч рублей билет сохранной кассы, писанный 1803 года августа 27-го дня под № 453, и объявление мое на получение денег при сем препровождаю к вашему сиятельству. Прошу покорнейше все следующие мне… деньги, капитальную сумму, и с процентами, за все прошедшее время истребовать, принять в ваше ведение и… употребить их в пользу разоренных, страждущих неимущих бедных людей».

Образ жизни Федора Федоровича, скромность, щедрая благотворительность делали его почти святым для окружения, ему поклонялись, желали многих лет жизни. Искренними и высокими словами заканчивает современник свое слово памяти об Ушакове:

«Он довольно жил для Отечества, для службы и для славы; но бедные, пользующиеся неистощимой его благотворительностью, со скорбью и слезами говорят: «Он мало жил для нас..!» Я не имел счастья быть свидетелем подвигов Ушакова, но я знал его добродетели, его благотворительность, его любовь к ближним: напоминание о том будет услаждать душу мою и руководствовать к добру. Имя Адмирала Ушакова причислилось к именам знаменитых русских мореходов, а добродетели его запечатлелись в сердцах всех тех, которые пользовались его знакомством в последние годы жизни его, посвященной Вере и благотворению».

Так под прекрасным духовным знаком Благотворения и Милосердия закончилась жизнь Великого адмирала.

2 октября 1817 года в соборной метрической книге Спасо-Преображенской церкви было записано: «Адмирал и разных орденов кавалер Федор Федорович Ушаков погребен соборне». В графе о летах красивой вязью выведено — 75, о причине смерти нетвердым почерком обозначено: «натурально», «погребен в Санаксарском монастыре».

Автор текса писатель, историк Валерий Ганичев, 1992 г.

«Покрый нас честным Твоим Покровом…»

Всенощное бдение накануне праздника Покрова Пресвятой БогородицыТридцать лет назад, в 1990 году, стены храма наконец-то услышали тропарь Покрову Божией Матери – после долгого забвения 14 октября было совершена первая литургия.

дальше
Молитвами и трудами многих и многих восстанавливался храм и собирался приход. Некоторых уже нет и в живых, теперь они наши молитвенника в другом мире. А мы, ныне живущие, также собираемся в храме, где и до скончания века, если даст Господь, будет звучать:

Днесь благове́рнии лю́дие све́тло пра́зднуем/ осеня́еми Твои́м, Богома́ти, прише́ствием,/ и к Твоему́ взира́юще Пречи́стому о́бразу, уми́льно глаго́лем:/ покры́й нас честны́м Твои́м Покро́вом,/ и изба́ви нас от вся́каго зла,/ моля́щи Сы́на Твоего́, Христа́ Бо́га на́шего,// спасти́ ду́ши на́ша.