Октябрь 2018

Киприан и Иустина. Факты из жития

Святые Киприан и Иустина15 октября (2 октября ст.ст.) Церковь совершает память священномученика Киприана и мученицы Иустины.
По молитвам этих святых прогоняются злые духи от людей и животных, люди получают защиту от вредного влияния экстрасенсов и колдунов.

дальше
Киприан начал изучать волхвование с семилетнего возраста и посвятил этому более 20-ти лет

Киприан, знаменитый волхвователь и философ, происходил родом из Карфагена и жил в царствование Декия в Антиохии. Происходя от нечестивых родителей, он еще в детстве посвящен был ими для служения языческому богу Аполлону. Семи лет он был отдан чародеям для научения волхвованию и бесовской мудрости.

По достижении десятилетнего возраста он был послан родителями для приготовления к жреческому служению на гору Олимп, которую язычники называли жилищем богов; там было бесчисленное множество идолов, в коих обитали бесы. На этой горе Киприан постиг различные бесовские превращения, научился изменять свойства воздуха, наводить ветры, производить гром и дождь, возмущать морские волны, причинять вред садам, виноградникам и полям, насылать болезни и язвы на людей. Он видел там бесчисленные полчища бесов с князем тьмы во главе, которому одни предстояли, другие служили, иные восклицали, восхваляя своего князя, а иные были посылаемы в мир для совращения людей. Там видел он также в многих образах языческих богов и богинь, а равно различные призраки и привидения, вызыванию коих он учился в строгом сорокадневном посте; ел же он по захождении солнца, и то не хлеб и не какую-либо иную пищу, а дубовые желуди.

Когда ему минуло пятнадцать лет, он стал слушать уроки семи великих жрецов, от которых увидал многие бесовские тайны. Затем он пошел в город Аргос, где, послуживши некоторое время богине Гере, научился многим обольщениям у жреца ее. Пожил он и в Таврополе, служа Артемиде, а оттуда пошел в Лакедемон, где и научился разными волхвованиями и навождением вызывать мертвецов из могил и заставлять их говорить. Двадцати лет от роду Киприан пришел в Египет и в городе Мемфисе обучался еще большим чародействам и волшебствам. На тридцатом году он пошел к халдеям и, научившись там звездочетству, закончил свое ученье, после чего возвратился в Антиохию, будучи совершенным во всяком злодеянии.

Киприана полюбил и оказывал ему честь сам князь тьмы

Волхвователь, чародей и душегубец, Киприан стал великим другом и верным рабом адского князя, с коими беседовал лицом к лицу, удостоившись от него великой чести, как о том он сам открыто засвидетельствовал.

«Поверите мне, – говорил он, – что я видел самого князя тьмы, ибо я умилостивил его жертвами; я приветствовал его и говорил с ним и с старейшинами его; он полюбил меня, хвалил мой разум и пред всеми сказал: «Вот новый Замврий, всегда готовый к послушанию и достойный общения с нами!» И обещал он мне поставить меня князем, по исхождении моем из тела, а в течение земной жизни – во всем помогать мне; при сем он дал мне полк бесов в услужение. Когда же я уходил от него, он обратился ко мне со словами: «Мужайся, усердный Киприан, встань и сопровождай меня: пусть все старейшины бесовские удивляются тебе». Вследствие сего, и все его князья были внимательны ко мне, видя оказанную мне честь.

Внешний вид его был подобен цветку; голова его была увенчана венцом, сделанным (не в действительности, а призрачно) из золота и блестящих камней, вследствие чего и все пространство то освещалось, — а одежда его была изумительна. Когда же он обращался в ту или другую сторону, все место то содрогалось; множество злых духов различных степеней покорно стояли у престола его. Ему и я всего себя отдал тогда в услужение, повинуясь всякому его велению».

Так рассказывал о себе сам Киприан после своего обращения.

Киприан и Иустина, чудоКиприан почитался в народе как главнейший жрец

Живя в Антиохии, Киприан много людей совратил ко всяким беззакониям, многих погубил отравами и чародейством, а юношей и девиц заклал в жертву бесам. Многих он научил своему гибельному волхвованию: одних – летать по воздуху, других – плавать в ладьях по облакам, а иных ходить по водам. Всеми язычниками он был почитаем и прославляем как главнейший жрец и мудрейший слуга их мерзких богов. Многие обращались к нему в своих нуждах, и он помогал им бесовской силой, которой был исполнен: одним содействовал он в любодеянии, другим во гневе, вражде, мщении, зависти.

Иустина и сама обратилась от язычества, и семью свою привела в христианство

Жила в то время там же, в Антиохии, некая девица по имени Иустина. Она происходила от языческих родителей: отцом ее был идольский жрец по имени Едесий, а мать ее звали Клеодонией. Однажды, сидя у окна в своем доме, девица сия, тогда уже пришедшая в совершенный возраст, случайно услышала слова спасения из уст проходившего мимо дьякона по имени Праилия. Иустина захотела лучше и совершеннее научиться вере у дьякона, но не осмелилась искать его, удерживаемая девической скромностью. Однако она тайно ходила в церковь Христову и, часто слушая слово Божие, при воздействии на ее сердце Святого Духа уверовала во Христа.

В скором времени она убедила в сем и свою мать, а затем привела к вере и своего престарелого отца. Когда же отец ее Едесий укрепился в Христовой вере, то епископ, видя его благочестие, поставил его пресвитером. После сего, пожив добродетельно и в страхе Божием год и шесть месяцев, Едесий во святой вере окончил свою жизнь.

Чтобы погубить Иустину, враг распалил к ней страсть богатого юноши-язычника

Иустина доблестно подвизалась в соблюдении заповедей Господних и, возлюбив Жениха своего Христа, служила Ему прилежными молитвами, девством и целомудрием, постом и воздержанием великим.

Но враг, ненавистник человеческого рода, видя такую ее жизнь, позавидовал ее добродетелям и начал вредить ей, причиняя различные бедствия и скорби.

В то время жил в Антиохии некий юноша по имени Аглаид, сын богатых и знатных родителей. Он жил роскошно, отдаваясь суете мира сего. Однажды он увидел Иустину, когда она шла в церковь, и поразился ее красотой. Дьявол же внушил дурные намерения в его сердце. Распалившись вожделением, Аглаид всеми мерами стал стараться снискать расположение и любовь Иустины и, посредством обольщения, привести чистую агницу Христову к задуманной им скверне. Он наблюдал за всеми путями, по которым девица должна была идти, и, встречаясь с нею, говорил ей льстивые речи, восхваляя ее красоту и прославляя ее; показывая свою любовь к ней, он старался увлечь ее к любодеянию хитросплетенною сетью обольщений.

Девица же отворачивалась и избегала его, гнушаясь им и не желая даже слушать его льстивых и лукавых речей. Не охладевая в своем вожделении к ее красоте, юноша послал к ней с просьбою, чтобы она согласилась стать его женою. Она же отвечала ему: «Жених мой — Христос; Ему я служу и ради Него храню мою чистоту. Он и душу и тело мое охраняет от всякой скверны».

Слыша такой ответ целомудренной девицы, Аглаид, подстрекаемый дьяволом, еще более распалился страстью. Он решился похитить ее, но попытка его не удалась.

Не зная, что делать далее, он, с усилением в нем нечистой похоти, решился на новое злое дело: он пошел к великому волхву и чародею — Киприану, жрецу идольскому, и, поведав ему свою скорбь, просил у него помощи, обещая дать ему много золота и серебра. Выслушав Аглаида, Киприан утешал его, обещая исполнить его желание.

Взяв затем книги по своему тайному искусству, он призвал одного из нечестивых духов, в коем был уверен, что он скоро может распалить страстью к этому юноше сердце Иустины. Бес подал ему наполненный чем-то сосуд. Киприан призвал Аглаида и послал его окропить тайно из дьявольского сосуда дом Иустины. Когда это было сделано, блудный бес вошел туда с разженными стрелами плотской похоти, чтобы уязвить сердце девицы любодеянием, а плоть ее разжечь нечистою похотью.

Блудная страсть настигла Иустину, когда она ночью стала на молитву

Мученики Киприан и ИустинаИустина имела обычай каждую ночь возносить молитвы к Господу. И вот когда она, по обычаю, вставши в третьем часу ночи, молилась Богу, то ощутила внезапно в своем теле волнение, бурю телесной похоти и пламя геенского огня. В таком волнении и внутренней борьбе она оставалась довольно продолжительное время: ей пришел на память юноша Аглаид, и у нее родились дурные мысли.

Девица удивлялась и сама себя стыдилась, ощущая, что кровь ее кипит как в котле; она теперь помышляла о том, чего всегда гнушалась как скверны. Но по благоразумию своему Иустина поняла, что это борьба возникла в ней от дьявола; тотчас же она обратилась к оружию крестного знамения, прибегла к Богу с теплой молитвою и из глубины сердца взывала к Христу, Жениху своему: «Господи Боже мой, Иисусе Христе! Вот враги мои восстали на меня, приготовили сеть для уловления меня и истощили мою душу. Но я вспомнила в ночи имя Твое и возвеселилась, и теперь, когда они теснят меня, я прибегаю к Тебе и надеюсь, что враг мой не восторжествует надо мной. Ибо Ты знаешь, Господи Боже мой, что я, Твоя раба, сохранила для Тебя чистоту тела моего и душу мою вручила Тебе. Сохрани же овцу Твою, добрый Пастырь, не предай на съедение зверю, ищущему поглотить меня; даруй мне победу на злое вожделение моей плоти».

Долго и усердно помолившись, святая дева посрамила врага. Побежденный ее молитвой, он бежал от нее со стыдом, и снова настало спокойствие в теле и сердце Иустины; пламя вожделения погасло, борьба прекратилась, кипящая кровь успокоилась. Иустина прославила Бога и воспела победную песнь. Бес же возвратился к Киприану с печальною вестью, что он ничего не достиг.

Даже имени праведной Иустины бесы не выносили и бежали от него

Киприан призвал более злобного беса и послал его соблазнить Иустину. Тот пошел и сделал гораздо больше первого, напав на девицу с большею яростью. Но она вооружилась теплою молитвой и возложила на себя еще сильнейший подвиг: облеклась во власяницу и умерщвляла свою плоть воздержанием и постом, вкушая только хлеб с водою. Укротив таким образом страсти своей плоти, Иустина победила дьявола и прогнала его с позором.

Тот, подобно первому, ничего не успев, возвратился к Киприану.

Тогда Киприан призвал одного из князей бесовских, поведал ему о слабости посланных бесов, которые не могли победить одной девицы, и просил у него помощи. Обнадежив Киприана и обещав иными способами соблазнить девицу, князь бесовский принял вид женщины и вошел к Иустине. Иустина узнала хитрого обольстителя-дьявола и искуснее, нежели Ева, победила его. Она тотчас прибегла к защите Креста Господня и положила честное его знамение на своем лице, а сердце свое обратила ко Христу, Жениху своему. И дьявол тотчас исчез с еще большим позором, чем первые два беса.

В большом смущении возвратился к Киприану гордый князь бесовский. Киприан вознегодовал на дьявола за то, что он посрамил его, и, понося беса, сказал: «Такова-то ваша сила, что и слабая дева побеждает вас!»

Тогда дьявол, желая утешить Киприана, предпринял еще одну попытку: он принял образ Иустины и пошел к Аглаиду в той надежде, что, приняв его за настоящую Иустину, юноша удовлетворит свое желание, и, таким образом, ни его бесовская слабость не обнаружится, ни Киприан не будет посрамлен. И вот, когда бес вошел к Аглаиду в образе Иустины, тот в несказанной радости вскочил, подбежал к мнимой деве, обнял ее и стал лобызать, говоря: «Хорошо, что пришла ты ко мне, прекрасная Иустина!»

Но лишь только юноша произнес имя девы, как бес тотчас исчез, не будучи в состоянии вынести даже имени Иустины.

Почетные граждане города просили Иустину не печалить Киприана и выйти замуж за Аглаида

Киприан начал мстить за свой позор и наводил своим волхвованием разные бедствия на дом Иустины и на дом всех сродников ее, соседей и знакомых, как некогда дьявол на праведного Иова. Он убивал скот их, поражал рабов их язвами и таким образом ввергал их в чрезмерную печаль. Наконец, он поразил болезнью и Иустину, так что она лежала в постели, а мать ее плакала о ней. Иустина же утешала мать свою словами пророка Давида: «не умру, но жива буду и поведаю дела Господни» (Пс. 117, 17).

Не только на Иустину и ее сродников, но и на весь город, по Божию попущению, навел Киприан бедствия, вследствие своей неукротимой ярости и большого посрамления. Появились язвы на животных и различные болезни среди людей; и прошел, по бесовскому действию, слух, что великий жрец Киприан казнит город за сопротивление ему Иустины. Тогда почетнейшие граждане пришли к Иустине и с гневом побуждали ее, чтобы она не печалила более Киприана и выходила замуж за Аглаида, во избежание еще больших бедствий из-за нее для всего города. Она же всех успокаивала, говоря, что скоро все бедствия, причиняемые при помощи бесов Киприаном, прекратятся. Так и случилось. Когда святая Иустина помолилась усердно Богу, тотчас все бесовское наваждение прекратилось; все исцелились от язв и выздоровели от болезней. Когда совершилась такая перемена, люди прославляли Христа, а над Киприаном и его волшебною хитростью издевались, так что он от стыда не мог уже показаться среди людей и избегал встречаться даже с знакомыми.

Борясь с дьяволом, Киприан взмолился: «Боже Иустины, помоги мне!»

Киприан и Иустина, иконаУбедившись, что силы крестного знамения и Христова Имени ничто не может победить, Киприан пришел в себя и сказал дьяволу: «О, губитель и обольститель всех, источник всякой нечистоты и скверны! Ныне я узнал твою немощь. Ибо если ты боишься даже тени креста и трепещешь Имени Христова, то что ты будешь делать, когда Сам Христос придет на тебя? Если ты не можешь победить осеняющих себя крестом, то кого ты исторгнешь из рук Христовых? Ныне я уразумел, какое ты ничтожество; ты не в силах даже отомстить! Послушавшись тебя, я, несчастный, прельстился и поверил твоей хитрости. Отступи от меня, проклятый, отступи, ибо мне следует умолять христиан, чтобы они помиловали меня. Следует мне обратиться к благочестивым людям, чтобы они избавили меня от гибели и позаботились о моем спасении. Отойди, отойди от меня, беззаконник, враг истины, противник и ненавистник всякого добра».

Услышав сие, дьявол бросился на Киприана, чтобы убить его, и, напав, начал бить и давить его. Не находя нигде защиты и не зная, как помочь себе и избавиться от лютых бесовских рук, Киприан, уже едва живой, вспомнил знамение святого креста, силою которого противилась Иустина всей бесовской силе, и воскликнул: «Боже Иустины, помоги мне!» Затем, подняв руку, перекрестился, и дьявол тотчас отскочил от него, как стрела, пущенная из лука. Собравшись с духом, Киприан стал смелее и, призывая имя Христово, осенял себя крестным знамением и упорно противился бесу, проклиная его и укоряя. Дьявол же, стоя вдали от него и не смея приблизиться, из боязни крестного знамения и Христова Имени, всячески угрожал Киприану, говоря: «Не избавит тебя Христос от рук моих!» Затем после долгих и яростных нападений на Киприана бес зарычал, как лев, и удалился.

Дальнейшие события в жизни святых Киприана и Иустины вкратце изложены в акафисте. Киприан попросил христианского епископа Анфиса крестить его, но тот, зная, что Киприан — великий и для всех страшный волхвователь, не поверил. Тогда Киприан посреди города сжег все свои чародейские книги, сильно каялся, пребывал в посте и молитве. Видя его усердие и преданность Христовой вере, епископ крестил его, затем поставил в чтеца, на двадцатый день поставил во иподиакона, на 30-й — в диакона, а через год рукоположил в иерея. Киприан изменил свою жизнь, с каждым днем увеличивал свои подвиги, постоянно оплакивая прежние злые деяния. Скоро был поставлен епископом. Святую Иустину девицу он поставил диаконисою, а затем ей поручил девичий монастырь, сделав ее игуменьей над другими девицами христианскими. Своим поведением и наставлением он обратил многих язычников и приобрел их для Церкви Христовой. Таким образом, идолослужение стало прекращаться в той стране, и слава Христова увеличивалась.

Перед своей мученической кончиной Киприан попросил, чтобы сначала казнили Иустину — опасался, как бы она не испугалась при виде его смерти и не отреклась от Христа

Видя строгую жизнь святого Киприана, заботы его о вере Христовой и о спасении душ человеческих, дьявол скрежетал на него зубами и побудил язычников оклеветать его пред правителем восточной страны в том, что он богов посрамил, многих людей отвратил от них, а Христа, враждебного богам их, прославляет. Правитель велел схватить Киприана и Иустину и посадить их в темницу. Мучитель велел повесить святого и строгать его тело, а святую Иустину бить по устам и очам. Во все время долгих мучений они непрестанно исповедовали Христа и с благодарением претерпевали все. Затем мучитель заключил их в темницу и пробовал ласковым увещанием вернуть их к идолопоклонству. Когда же он оказался не в силах убедить их, то повелел бросить их в котел; но кипящий котел не причинял им никакого вреда, и они, как бы в прохладном месте, прославляли Бога.

Видя сие, один идольский жрец по имени Афанасий сказал: «Во имя бога Асклипия я тоже брошусь в сей огонь и посрамлю тех волшебников». Но едва только огонь коснулся его, он тотчас умер.

Видя сие, мучитель испугался и, не желая более судить их, послал мучеников к правителю Клавдию в Никомидию, описав все случившееся с ним. Сей правитель осудил их на усечение мечом.

Когда они были приведены на место казни, то Киприан попросил себе несколько времени для молитвы ради того, чтобы прежде была казнена Иустина: он опасался, чтобы Иустина не испугалась при виде его смерти. Она же радостно склонила свою голову под меч и преставилась к Жениху своему, Христу.

Видя неповинную смерть сих мучеников, некто Феоктист, присутствовавший там, очень сожалел о них и, воспылав сердцем к Богу, припал к святому Киприану и, лобызая его, объявил себя христианином. Вместе с Киприаном и он тотчас был осужден на усечение. Так они предали свои души в руки Божии; тела же их лежали шесть дней непогребенными. Некоторые из бывших там странников тайно взяли их и отвезли в Рим, где и отдали одной добродетельной и святой женщине по имени Руфине, родственнице Клавдия кесаря. Она похоронила с честью тела святых Христовых мучеников: Киприана, Иустины и Феоктиста. При гробах же их происходили многие исцеления притекавших к ним с верою.

Подготовлено по житию, изложенному святителем Димитрием Ростовским. Портал “Православие и мир”.

Покров Божией Матери

Икона Покрова Пресвятой БогородицыПредлагаем к прочтению отрывок из труда профессора Голубицкого Е.Е. “История русской церкви”.
Празднование Покрова Божией Матери 1 октября установлено у нас в России в воспоминание одного чудесного видения,

дальше
о котором повествуется в житии одного греческого святого, именно — преподобного Андрея, Константинопольского юродивого.

Преподобный Андрей жил во времена императора Льва Великого (457—474) или неизвестно когда позднее. Он был родом Скиф или не Грек и в детстве был куплен в рабы одним Константинопольским вельможей. Наученный греческому языку и грамоте, он начал прилежно читать жития мучеников и святых и наконец возревновал подражать последним. Для подвижничества ему нужна была свобода от рабства, а так как он не надеялся получить ее от господина, то избрал подвиг юродства, дабы быть отпущену, что и случилось, как рабу непотребному. Юродствовав на улицах и рынках Константинополя и подвизавшись подвигом суровейших лишений в продолжение 66-ти лет, преп. Андрей, по его житию, сподобился очень многих видений, к числу которых принадлежит и то, в воспоминание которого установлен наш праздник.

В житии Андрея об этом последнем видении читается следующий рассказ: «Некогда во время совершения неусыпаемого славословия (всенощного бдения) в святом гробе, находящемся во Влахернах 1, пошел туда блаженный Андрей, творя (дорогою) обычное (т. е. юродствуя). Присутствовал там и Епифаний, (друг Андрея из благородных юношей) с одним из своих рабов. Имел же (блаженный) обычай стоять (там на бдении), смотря по тому, сколько давало бодрости расположение духа, — иногда до полуночи, иногда же до утра. Итак, когда был уже четвертый час ночи, видит блаженный Андрей ясными очами (ὀφθαλμοφανῶς) Превеличайшую, идущую в женском образе от царских дверей 2 в сопровождении страшной свиты, в которой были и честный Предтеча и сын Громов, державшие ее под руки с обеих сторон, и многие святые в белых одеждах предшествовали ей, другие же последовали с пениями и песнями духовными. Когда она приблизилась к амвону, — идет блаженный к Епифанию и говорят: видишь ли Госпожу и Владычицу мира? этот отвечает: да, отче мой духовный. И когда они смотрели, (Богоматерь), преклонив колена свои, молилась на многий час, омочая слезами свое боговидное и непорочное лице. После окончания молитвы она вошла в алтарь, моляся в нем за окружающий его народ. Когда кончила молитву, то омофор 3 свой, который имела на своей пренепорочной главе и который был как вид молнии, сняв с нее с прекрасною честностию 4 и взяв в свои пренепорочные руки, — великий и страшный, распростерла поверх всего стоявшего там народа. Чудные мужи (т.е. Андрей и Епифаний) на многий час видели его распростертым над народом и блистающим славою Господа. Доколе там была всесвятая Богородица, видим был и он; когда же удалилась Она, невидим стал и он: совсем взяла его с собой, благодать же оставила бывшим там»… В заключение рассказа прибавляется, что видение было для Епифания предстательством богоносного отца, т.е. св. Андрея.

В воспоминание этого-то видения и был установлен в России праздник Покрова Божией Матери. Весьма нелегко ответить на вопрос: что было побуждением к его установлению или как случилось, что он был установлен? Отвечают на него, что св. Андрей был принимаем предками нашими за Славянина, что на видение, которого он удостоился, они смотрели, как на залог Божия благоволения к народам славянским и что по сей причине и установили праздник, придавая ему значение как бы празднования национально-славянского 5. Но трудно понять, с какой стати предки наши, считая преп. Андрея за Славянина, усвоили ему сейчас указанное значение, когда видение было не у Славян где-нибудь, а в Константинополе.

Голубинский Евгений Евсигнеевич (1834 – 1912), историк русской церкви, профессор Московской духовной академии

В древних Прологах славянских читается краткое слово о нашем празднике, которое дает ответ на вопрос об его установлении, но, к сожалению, ответ, которому не достает совершенной определенности. Сказав кратко о страшном и чудном видении святым Андрею и Епифанию, автор слова продолжает: «Се убо егда слышах (—в), помышлях: како страшное и милосердное видение и заступление наше бысть без праздника; надеяжеся на милосердая твоя словеса, Владычице, еже к Сыну в молитве рече: Царю небесный, приими всякого человека, славящего Тя…, тем словесем надеяся въсхотех, да не без праздника останеть святый покров твой, Преблагая, но якоже ты хощеши украсити честный праздник твоего покрова, Всемилостивая, украси, да прославляющий тя взвеселятся, видящи многоименне твоя праздникы сияющи»… Эти слова, по-видимому, совершенно ясно – говорит человек, который установил праздник, т.е. в этих словах дается знать, что праздник уставлен каким-то частным лицом или каким-то одним человеком. Но в заключение слова по девяти спискам, которые мы имели под руками 6, говорится — по одним: «уставы же таковы праздник праздновати месяца Октямъбря в 1 день»… по другим: «уставижеся таковы праздник»… До окончательного разъяснения дела, если оно возможно, мы полагаем, что или должно читать: «уставах», или читая: «уставное» должно относить безличную речь автора к нему самому, как бы он хотел сказать: «уставися нами». Вообще полагаем, что на основании слова должно приписывать установление праздника какому-то одному человеку и чьей-то частной и личной инициативе.

Допуская и принимая это, мы без особенного труда объясним себе загадку установления праздника: с частным человеком могло случиться, чтобы он возымел мысль установить праздник и без всякого особенного повода, просто возбужденный ревностью прославить видение, свидетельствовавшее о готовности Божией Матери к заступлению рода христианского. Но если и здесь должно искать особенных поводов, то нам представляется до некоторой степени вероятным думать следующее: у нас в России в честь Константинопольской Влахернской церкви были устрояемы церкви ее имени 7; так как видение имело место во Влахернской церкви, то кто-нибудь из основателей или настоятелей наших Влахернских церквей и пришел к мысли установить в память видения праздник. Так или иначе, но если праздник был установлен по инициативе какого-нибудь частного лица, то он должен был быть сначала частным праздником только того места, где был установлен, причем самое вероятное подозревать какой-нибудь знаменитый монастырь 8. Будучи в начале местным, праздник скоро мог сделаться общим по крайней сочувственности всем его мысли и цели, т.е. по той причине, что прославлять покров Божией Матери и молить Ее о нем исполнены готовности все христиане.

Если принимать предположение, что сначала он явился в виде частного праздника, то первое его установление можно будет относить к периоду домонгольскому, потому что как бы ни скоро частный праздник сделался общим, но все-таки для этого нужно было некоторое время.


1. Влахернами в Константинополе называлась местность, составляющая его северо-западный угол, прилежащий к Золотому рогу или заливу. Императрица Пульхерия, сестра Феодосия младшего и супруга Маркиана († 453), построила здесь знаменитую церковь Божией Матери, получившую от места название Влахернской. Император Лев Великий пристроил к церкви придел и в нем положил, (в 469 г.) обретенную в Иерусалиме и принесенную в Константинополь нешвейную ризу Божией Матери, для которой устроил из золота и серебра великолепный ковчег, называвшийся святым гробом—ἅγιος σωρός. В нашем видении под снятым гробом разумеется придел сего святого гроба. Всенощное бдении в честь Божией Матери совершалось в нем под каждую субботу.

2. Под царскими дверями разумеются не наши царские двери алтаря, а главные входные двери в церковь, — у Греков эти последние назывались царскими.

3. Τὸ μαφόριον — женский головной покров, женский головной платок (убрус).

4. Τῇ ὠραία σεμνότητι — важностью, пристойностью (изяществом).

5. Что предки наши, разумея под Скифами Славян, и именно сами себя (cfr летопись под 907 г.), и св. Андрея принимали за Славянина, это видно, во-первых, из того, что слова жития Андреева: ἦν τῷ γένει Σκύθης по-славянски переводятся: «беаше же родом Словенин» (см. житие в Четь-Минее митр. Макария под 2 Октября), во-вторых — из того, что и в древнем проложном сказании св. Андрей называется Славянином, см. у Срезневск. в Сведениях и заметках о малоизвестных и неизвестных памятниках № LXXXVII стр. 159 нач..

6. Восемь списков XIII—ΧΙV века Типографской библиотеки и девятый 1400 г. Синодальной библиотеки.

7. Так, Стефан, игумен Печерский, преемник преп. Феодосия, будучи согнан с игуменства братией монастыря, составил себе в Киеве свой собственный монастырь «и церковь возгради (в нем) в имя святыя Богородиця и нарек место то по образу сущаго в Костянтиниграде — из Лахерьна» (Нестор в житии Феодосия на конце). А вообще об известности и знаменитости у нас Влахернской церкви дает знать Патерик Печерский, по которому зодчие для строения Печерской церкви были посланы Божией Матерью из Влахерны.

8. Что праздник сначала был местным в том смысле, что был праздником не всей страны, а одной какой-то области и одного какого-то города, это совершенно ясно дается знать в каноне ему, в котором многократно говорится об одном князе и об одном городе. Канон мы имеем под руками в двух списках—Синодальном № 377 л. 1 и Академ. из Волок. № 389 л. 1. Во 2 стихе 3 песни: «защити князя и люди». В 4 стихе той же песни: «молися победу дати князю на враги». В 4 стихе 4 песни: «Укрепи, Владычице, славящего тя князя на враги— и заступнице граду нашему». В 4 стихе 5 песни: «подати победу князю нашему, погубити (на) нас воюющих». Во 2 стихе 8 песни: «благочестивому князю нашему рог возвыси». В 1 стихе 9 песни: «спаси град и люди умножи и дай же князю здравие». Во 2 стихе той же песни: «радуйся страж граду нашему».


Голубицкий Евгений Евстигнеевич. История русской церкви. Том I. М. 1904 год
(Глава III. Собственные русские праздники)

С днем рождения

Елена Ивановна КиселеваСегодня отмечает свой день рождения наша прихожанка Елена Ивановна Киселева. Всю жизнь Елена Ивановна проработала в школе, а на пенсии занялась нашей приходской библиотекой.

дальше
Сама ее организовала, собрала огромное количество книг, все “разложила по полочкам”, привлекла помощников.

Теперь Елена Ивановна не может полноценно двигаться, вынуждена всё время находиться в квартире. Дорогие прихожане, просим ваших молитв о здравии Елены Ивановны, которая не потеряла присутствия духа, не позволяет себя жалеть, и даже нас подбадривает!

Дорогая Елена Ивановна, обнимаем Вас и благодарим за всё!

.

О преподобномученице Елисавете Феодоровне

Преподобномученица Елисавета Феодоровна11 октября (28 сентября ст.ст.) Церковь совершает память обретения мощей преподобномученицы Елизаветы Федоровны*.

Предлагаем вам посмотреть документальный фильм “Белый ангел Москвы” посвященный истории создания и восстановления Марфо-Мариинской обители и ее основательнице – великой княгине Елизавете Федоровне.

* Празднование прмц. вел. кн. Елисавете в день обретения в шахте ее святых мощей установлено по благословению Святейшего Патриарха Кирилла 7 июня 2016 года.

Преподобный Сергий Радонежский

Преподобный Се́ргий Радонежский, игумен8 октября (25 сентября ст.ст.) совершается память преставления преподобного Сергия, игумена Радонежского.

Предлагаем к прочтению отрывки из книги Георгия Петровича Федотова “Святые древней Руси”.

дальше

Преподобный Сергий Радонежский

Первое столетие монгольского завоевания было не только разгромом государственной и культурной жизни древней Руси: оно заглушило надолго и ее духовную жизнь. Это может удивлять тех, кто считает бесспорным, что политические и социальные катастрофы с необходимостью влекут за собою пробуждение религиозного чувства. Религиозная реакция на катастрофу, конечно, сказалась в русском обществе: проповедники видели в ужасах татарщины казнь за грехи. Но так велики были материальное разорение и тяжесть борьбы за существование, что всеобщее огрубение и одичание были естественным следствием. Около столетия русская Церковь не знает новых святых иноков-преподобных. Единственная канонизуемая Церковью в это время форма святости – это святость общественного подвига, княжеская, отчасти святительская. Защита народа христианского от гибели заслонила другие церковные служения. Нужно было, чтобы прошла первая оторопь после погрома, чтобы восстановилось мирное течение жизни, – а это ощутимо сказалось не ранее начала XIV века, – прежде чем проснулся вновь духовный голод, уводящий из мира.

Новое подвижничество, которое мы видим со второй четверти XIV века, существенными чертами отличается от древнерусского. Это подвижничество пустынножителей. <...> Главою и учителем нового пустынножительного иночества был, бесспорно, преподобный Сергий, величайший из святых древней Руси. Большинство святых XIV и начала XV века являются его учениками или «собеседниками», т. е. испытавшими его духовное влияние. <...>

Из всех подвижников XIV века лишь для преподобного Сергия мы имеем современное житие, составленное его учеником Епифанием (Премудрым), биографом Стефана Пермского. Епифаний был иноком Троицкой обители при жизни преподобного Сергия, и в течение двадцати лет после его кончины собирал заметки и материалы для будущего обширного жития. Несмотря на многословие, неумеренное цитирование священных текстов и «риторическое плетение словес», оно содержательно и вполне надежно. Бессильный в изображении духовной жизни святого, биограф дал точный бытовой портрет, сквозь который проступает внутренний незримый свет. Обширность этого жития была причиной того, что искусное его сокращение, выполненное заезжим сербом Пахомием, совершенно вытеснило на Руси первоначальный труд Епифания.

Как и в житии Феодосия, детство Сергия (Варфоломея) рассказывается не по литературным шаблонам, а по семейным преданиям. Епифаний умеет передать столько подробностей о родителях и родственниках святого, что, вероятно, из этого источника (может быть, в передаче племянника Феодора), если не от самого Сергия дошли до нас и два мистически-значительных предания, относящихся к детству Варфоломея. Одно говорит о посвящении его Пресвятой Троице еще до рождения в троекратном утробном вопле младенца во время литургии. Догматически-троичное истолкование этого события сохраняет следы на многих страницах жития. Так понимает его иерей Михаил, до рождения младенца предрекающий родителям его славную судьбу, о том же говорит и таинственный странник, благословивший отрока, и брат святого Стефан, предлагая освятить первую лесную церковку во имя Пресвятой Троицы; это же предание знает в Переяславле епископ Афанасий, заместитель митрополита. Думается, мы совершили бы ошибку, если бы захотели объяснить эту столь настойчиво проводимую идею позднейшим перенесением в биографию святого троичного богословия, создавшегося вокруг необычного имени Сергеева храма. К тому же Епифаний сам бессилен раскрыть богословский смысл этого имени.

Другое известное предание о чудесном даровании отроку способностей к книжному учению в благословении старца важно, как освящение духовной культуры – более авторитетное, ибо благодатное, – чем прославление природных дарований св. Феодосия или св. Авраамия Смоленского. В отношении к науке (духовной) своих святых древняя Русь удержала оба эти типа – естественного и сверхъестественного приятия, и не знает вовсе столь выраженного в древнем подвижничестве Востока аскетического отвержения культуры.

Когда, похоронив родителей, Варфоломей зовет своего старшего брата Стефана, уже постригшегося в Хотькове, «на взыскание места пустынного», это он берет почин нового, необычного подвига. Варфоломей вообще не имел учителя в своей духовной жизни. Брат Стефан, не выдержавший сам тягости лесного жития, и приходивший к нему для богослужения монах Митрофан, постригший его, могли ознакомить его с обиходом «монастырского дела» – не более. Св. Сергий сам находит свой путь.

При всей необычности Сергиева подвига, не следует все же забывать, что избранное им лесное урочище («Маковец») находилось в четырнадцати верстах от Радонежа и в десяти от Хотьковского монастыря, где постриглись его родители и брат. Оттуда, или из другого места навещал его «игумен» Митрофан, кто-то снабжал его, хотя и скудно, хлебом, за «укрухом» которого каждый день являлся из чащи укрощенный медведь. Двадцатилетний Варфоломей еще не отважился удаляться на десятки и сотни верст от человеческого жилья, как это сделают его ученики. Но «маковецкая» пустынь уже не пригородный монастырь. Жизнь в ней уже северная Фиваида, среди зверей и бесовских страхований, среди природы, суровой к человеку, требующей от него труда в поте лица. В последнем уже дано отличие северной трудовой Фиваиды от южной, созерцательной, – Египта.

профессор Георгий Петрович Федотов (1886 – 1951), русский историк, философ, религиозный мыслитель и публицист

Пустынножитель, помимо своей воли, превращается в игумена монастыря. Не без сожаления встречает он первых своих учеников, которых не могли отпугнуть труды сурового жития: «Аз бо, господне и братиа, говорит он им, хотел есмь един жити в пустыни сей и тако скончатися на месте сем. Аще ли сице изволшу Богови еже быти на месте сем монастырю и множайшей братии, да будет воля Господня». Так же вздыхает он и отрекается, понуждаемый братией взять на себя игуменство после смерти Митрофана. Но, «побежен был от своего милованного братолюбия», принимает поставление от епископа, вместе со священством, от которого он отказывался доселе. Наконец, он получает от Цареградского патриарха грамоту, чрезвычайно смутившую его смирение: с предложением устроить в монастыре «общее житие». Сергий советуется в Москве с митрополитом, и лишь тогда заводит у себя общежитие, взяв на себя все бремя хозяйственной и административной ответственности. Письмо патриарха Сергию косвенно свидетельствует о том, что киновийная жизнь, разрушившаяся в Киеве еще в XII столетии, ко временам Сергия была уже неизвестна на Руси. Так, шаг за шагом, преподобный Сергий возвращается из излюбленной им пустыни в человеческий мир, хотя бы замкнутый монастырской оградой, – чтобы вскоре переступить и эту самую ограду. Пустыню он завещает своим более счастливым ученикам, сам же выходит на проторенную стезю Феодосия. <...>

В самых чудесах своих преподобный Сергий ищет умалить себя, принизить свою духовную силу. Исцелив ребенка, которого считали мертвым, он говорит отцу: «Прельстился еси, о человече, и не веси, что глаголеши: отроча бо твое, носящу ти его семо, на пути студенью изнемогши, тебе мнится, яко умре. Прежде бо общего воскресениа не можно есть ожити никому же». Свой источник он изводит из земли молитвой только вследствие ропота монахов на отсутствие питьевой воды, и запрещает называть этот источник Сергеевым: «Яко да никогда же слышу от вас моим именем источник он зовущ: не бо аз дах воду сию, но Господь дарова нам недостойным».

Столь же традиционно – в палестинском духе – соединение задач монастыря с благотворительностью. Преподобный Сергий, немедленно за введением общежития, «заповеда нищих и странных довольно упокоевати и подавати требующим», связывая с исполнением этого христианского долга будущее процветание обители. <...>

Но в этом древнем лике русского святого мы можем разглядеть и новые черты. Простота и как бы открытость характеризуют духовную жизнь Феодосия. Сергиева «простота без пестроты» лишь подготовляет к таинственной глубине, поведать о которой бессилен его биограф, но которая говорит о себе еще не слыханными на Руси видениями. Древние русские святые чаще имели видения темных сил, которые не пощадили и преподобного Сергия. Но только с Сергием говорили горние силы – на языке огня и света. Этим видениям были причастны и некоторые из учеников святого – те, которые составляли мистическую группу вокруг него: Симон, Исаакий и Михей. Однажды когда преподобный Сергий совершал литургию в сослужении двух священников, Исаакий и другой ученик увидели сослужащего ему четвертого, светоносного мужа в блистающих ризах. На настойчивые вопросы учеников, Сергий открывает свою тайну: «О, чада любимаа, аще Господь Бог вам откры, аз ли могу се утаити? Его же видесте, – ангел Господень есть, и не токмо ныне днесь, но и всегда посещением Божием служащу ми недостойному с ним; вы же его видесте, никому же поведайте, дондеже есмь в жизни сей». Тот же Исаакий просил у Сергия благословения на печное молчание. И когда учитель благословлял его, он увидел «велик пламень, изшедше от руку его» и окружающий всего Исаакия. Симон же, экклисиарх, рассказывал: «служащу бо, рече, святому, видал огнь, ходящь пожертовнику, осеняюще олтарь и окрест святыа трапезы окружая; и когда святый хотя причаститися, тогда божественный огнь свится, яко же некая плащаница, и вниде во святый потирь и тако преподобный причастися».

Два видения в житии принадлежат самому Сергию, но в них участвуют и его ученики. Однажды ночью в своей келье преподобный слышит голос, называющий его по имени: «Сергие!» Открыв окно, он видит необычайный свет в небе и множество «зело красных птиц», слетевшихся над его монастырем. Небесный голос дает ему обетование: «Им же образом видел еси птица сиа, тако умножится стадо ученик твоих, и по тебе не оскудеют, аще восхотят стопам твоим последовати».

С той же мыслью святого об учениках его связано и другое его – исключительное по значению – видение. Преподобный Сергий первый из русских святых имел видение Богоматери. Вот как оно описано у Епифания.

Однажды блаженный отец молился по обычном своем правиле перед образом Матери Господа нашего Иисуса Христа. Отпев благодарственный канон Пречистой, присел он немного отдохнуть и сказал ученику своему, Михею: «Чадо, трезвись и бодрствуй, ибо чудное и ужасное посещение готовится сейчас нам». И тотчас послышался голос: «Се Пречистая грядет». Святой же услышав заторопился из кельи в сени. И вот великий свет осенил святого, паче солнца сияющего, и видит он Пречистую с двумя апостолами, Петром и Иоанном, блистающих неизреченной светлостью. И как только увидел, пал ниц святой, не в силах терпеть нестерпимую зарю. Пречистая же Своими руками коснулась святого, сказав: «Не ужасайся, избранник Мой, Я пришла посетить тебя. Услышана молитва твоя об учениках, о которых ты молишься, и об обители твоей. Не скорби уже: ибо отныне она всем изобилует, и не только при жизни твоей, но и по отшествии твоем к Господу неотлучна буду от обители твоей, подавая потребное неоскудно, снабдевая и покрывая ее». И сказав сие, стала невидима. Святой же, в исступлении ума, одержим был великим страхом и трепетом. Понемногу придя в себя, нашел он ученика своего лежащим от страха, как мертвого, и поднял его. Тот же начал бросаться в ноги старцу, говоря: «Поведай мне, отче, Господа ради, что это было за чудное видение, ибо дух мой едва не разлучился от союза с плотью из-за блистающего видения». Святой радовался душою, и лицо его цвело от этой радости, но не мог ничего отвечать, кроме одного: «Потерпи чадо, ибо и во мне дух мой трепещет от чудного видения». Так они стояли и дивились про себя. Потом он сказал ученику своему: «Чадо, позови мне Исаака и Симона». И когда они пришли, он рассказал все по порядку, как видел Пречистую с апостолами, и какие чудные обещания изрекла Она святому. Услышав, они исполнились неизреченной радости; и все вместе отпели молебен Богоматери и прославили Бога. Святой же всю ночь оставался без сна, помышляя в уме о неизреченном видении. <...>

С середины, особенно с конца XIV века, начинается – или возобновляется – сильное греческое и славянское влияние на северную Русь. При жизни преподобного Сергия в одном из ростовских монастырей, мы видели, изучались греческие рукописи, митр. Алексий переводил им исправленное евангелие с греческого подлинника. Сам преподобный Сергий принимал у себя в обители греческого епископа и получал грамоты от Константинопольского патриарха. Одним из учеников преподобного Сергия был тезоименитый ему Сергий Нуромский, по преданию, пришелец с Афонской горы, и есть основания отождествлять ученика преподобного Сергия Радонежского Афанасия, Серпуховского игумена, с тем Афанасием Русином, который списал на Афоне, в 1431 г. «под крылием св. Григория Паламы», сборник житий для Троицы-Сергия. Библиотека Троицкой лавры хранит древнейшие славянские списки Григория Синаита XIV и XV веков. В XV же веке там были списаны и сочинения Симеона Нового Богослова. Все это еще не устанавливает прямых влияний Греции на религиозность преподобного Сергия. Но пути духовных влияний таинственны и не исчерпываются прямым учительством и подражанием. Поразительны не раз встречающиеся в истории соответствия, – единовременно и, по-видимому, независимо возникающие в разных частях земного шара духовные и культурные течения, созвучные друг другу. В свете мистической традиции, которая утверждается среди учеников преподобного Сергия, его собственный мистический опыт, озаряемый для нас лишь видениями (можно сопоставлять светоносные видения Сергия с Фаворским светом исихастов) приобретают для нас большую определенность.

От мистики до политики огромный шаг, но преподобный Сергий сделал его, как сделал шаг от отшельничества к общежитию, отдавая свое духовное благо для братьев своих, для русской земли. Вмешательство преподобного Сергия в судьбу молодого государства Московского, благословение им национального дела было, конечно, одним из оснований, почему Москва, а вслед за нею и вся Русь чтила в преподобном Сергии своего небесного покровителя. В сознании московских людей XVI века он занял место рядом с Борисом и Глебом, национальными заступниками Руси.

Князья московские и удельные посещали Сергия в его обители, и сам он выходил к ним из ее стен, бывал в Москве, крестил сыновей Дмитрия Донского, брал на себя выполнение политических поручений. Нет сомнения, что в своих политических шагах преподобный Сергий руководился волей митрополита Алексия, совмещавшего сан святителя с властью правителя государства. Это Алексий посылает Сергия в Нижний Новгород к рассорившимся братьям-князьям, чтобы заставить покориться младшего, противника Москвы. По приказанию митрополита, Сергий «затворил» все церкви в Нижнем, чтобы вынудить князя к подчинению. Эта небывалая на Руси мера, соответствующая католическому «интердикту», не имела успеха, но ответственность за нее, как и за ее неудачу, ложится всецело на митрополита. В другой раз преподобный Сергий ездил послом к Рязанскому князю Олегу, чтобы склонить его к примирению и союзу с великим князем Дмитрием. На этот раз его миссия увенчалась успехом. Всякий русский помнит благословение преподобным Сергием Донского на его битву с Мамаем. Уже перед самым боем подоспел скороход с посланием от святого: «Без всякого сомнения, господине, со дерзновением пойди противу свирепства их, никакоже ужасайтеся, всяко поможет ти Бог». В течение всей кровавой Куликовой сечи прозорливый старец в своем монастыре указывал братии перипетии боя, называл имена павших. Летопись рассказывает, что св. Сергий дал князю даже двух своих иноков, из бывших бояр, Пересвета и Ослябю, из которых первый пал в битве (безоружный? – «схима вместо шлема»).

Достойно внимания, что жития преподобного Сергия – как Епифаниево, так и Пахомиево – не упоминают ни об иноках воинах ни о политических миссиях преподобного Сергия. Летописи и жития освещают нередко разные стороны деятельности святых. В этом нужно видеть тонкое различие сценки. Не все в политической деятельности преподобного Сергия было «оцерковлено». Его помощь московскому князю против удельных принадлежит его времени, и мы не вправе канонизировать ее, как и политики святых князей. Остается вечным в церковном сознании благословение Сергия на брань с врагами христианства. На Куликовом поле оборона христианства сливалась с национальным делом Руси и политическим делом Москвы. В неразрывности этой связи дано и благословение преподобного Сергия Москве, собирательнице государства русского.

Когда митрополит Алексий перед кончиной хотел избрать преподобного Сергия своим преемником, возложив на него попечение об общерусском церковном (и, конечно, государственном) деле, Сергий оказался непреклонным: «Владыко святый, аще не хощеши отгнати мою нищету от слышания святыни твоея, прочее не приложи о сем глаголати к моей худости». Сергий умел отстоять на какой-то границе права своей духовной жизни и над национальным церковным служением. Но и ему приходилось приносить жертвы родине, как ранее – своим братьям. В его завершенной святости, по-видимому, не было места для тяжелых конфликтов, – или они остались скрыты от нас. Преподобный Сергий, в еще большей мере, чем Феодосий, представляется нам гармоническим выразителем русского идеала святости, несмотря на заострение обоих полярных концов ее: мистического и политического. Мистик и политик, отшельник и киновит совместились в его благодатной полноте. Но в следующий век пути разойдутся: ученики преподобного Сергия направятся в разные стороны.

Г.П. Федотов. “Святые древней Руси”. Париж, 1931 г.

Слово святителя Иоанна Златоуста

Святой пророк Захария и святая Елизавета6 октября (23 сентября ст.ст.) Церковь празднует Зачатие честного, славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.

Отрывки из Слова На рождение святого Иоанна Пророка, Предтечи и Крестителя святителя Иоанна Златоуста.

дальше
Благовременен день праздника и всеобщей радости, в который мне пришли на мысль служение Гавриила и священство Захарии, и я думаю об осужденном на немоту за неверие. Вы слышали евангелиста Луку, открывшего нам сегодня душеполезную врачебницу. Евангелист Лука был врачом и по искусству; но тогда он (был) целитель тел, а теперь попечитель о делах; он заменил искусство искусством, и принял на себя вместо одного попечения другое. Итак, что же Лука, прекрасный врач? Вы сейчас слышали его слова: “по жребию, как обыкновенно было у священников, досталось ему войти в храм Господень для каждения, а все множество народа молилось вне во время каждения, – тогда явился ему Ангел Господень, стоя по правую сторону жертвенника кадильного. Захария, увидев его, смутился, и страх напал на него. Ангел же сказал ему: не бойся, Захария, ибо услышана молитва твоя, и жена твоя Елисавета родит тебе сына, и наречешь ему имя: Иоанн” (по обычаю священничества случися ему покадити, и вошел в храм Божий Захария: и все множество людей бе молитву дея вне, в год фимиама. И вот ангел Господень явился ему, стоя одесную олтаря кадильнаго: и смутися Захария видев, и страх нападе нань. Рече же к нему ангел: не бойся Захарие: зане услышана бысть молитва твоя, и вот жена твоя Елисавет родит сына тебе, и наречеши имя ему Иоанн) (Лук. 1: 9-13).

О, странное и таинственное чудо! Справедливо Захария возразил ангелу. Он требовал одного утешения, и получил другое; молился за народ, и назван был отцом сына; искал прощения грехов, и получил обещание от бесплодной утробы. Захария более желал исцеления душ согрешивших, чем беременности Елизаветы. Справедливо Захария смутился и устрашился; человек он был нрава рабского, хотя и облечен был священным достоинством. Сказал Захария тотчас в своей душе, как только увидел ангела: “Странен приход этого человека, странно его обещание! Кто это, что смело вступает в священный храм? Кто это, что стоит справа алтаря кадильного? Кто это, что блестит образом чуждого вида? Кто это? Я не видел человека с крыльями, ни птицы в образа человека; кто это, что наполняет мою душу страхом? <...> Отойди, устрашитель мой, кто бы ты ни был, отойди от меня! Мы стары; миновало время зачатия; погасла страсть брака; время охладило жар; неплодное отвергло плод; природа восстала против самой себя; мы оба мертвы для смешения; юность не цвела, – как старость произрастит?” Так (сказал) Захария.

Ангел же говорит ему, как ты сейчас слышал: “не бойся, Захария, не смущайся помыслами; я ангел света, а не тьмы; я Гавриил, один из начальников у Царя небесного; исполняю повеление, не по своей власти приказываю; я послан объявить тебе, а не сделать над тобой насилие; облечен я видом, а не в обнаженном существе являюсь перед тобой; пославший меня щадит твою жизнь; не бойся, Захария, я послан благовестить тебе, а не изумлять тебя; ты превзойдешь старость, и седое бесчадство и бесплодную утробу; и кто рождает по желанию? Это дар Божий, не изобретение человеческое; разве ты не слышал слов Господа: “Я – творец человека, и образовавший (созидаяй) в человеке дух” (Зах. 12: 1)? Не веришь, Захария? А как был создан Адам, как Ева была сотворена, как Исаак был рожден? Авраам в послушании не ошибся; а ты, иерей, не веришь! Неужели бессильно у Бога всякое слово, Захария? По своей старости ты возражаешь, старец, телесное омертвение полагаешь сильнее Бога. Если бы ты не видел примера Авраамова, то основательно сомневался бы; ссылаешься на немощь природы, и не веришь настоящему божественному обещанию, но сомневаешься и споришь? О малом ты просишь, и много получаешь, и, как бы перенося наказание, кричишь, Захария. Ты молишься только об иудейском народе, а я благовествую тебе о том, кто все племена приготовит к спасению”.

Захария, услышав это, и, немного отвратив свой взор, в ответ говорил ангелу: <...> “Старость отвергает природу; это дело вне веры; в гроб мы глядим, и будем нанимать кормилицу? Я нисколько не думаю о деторождении, я ищу спасения народа и счастья племени, пленения: врагов и благоденствия города, а не детского плача, пеленок, и кормления; я нисколько не думаю об этом. Как я окажусь отцом природного сына? Старость отталкивает от себя веру; вне природы это дело; я иду с посохом, как с конем, и ты побуждаешь меня к брачному делу, когда все тело мое стало гробом? Чем мне убедиться в этом, скажи мне, великий Гавриил (нужно незнающим знать, что Гавриил – значит “человек Божий”)? Скажи, чем мне убедиться в этом? <...> Чем мне убедиться в этом, ибо я стар, и жена моя в летах преклонных (аз бо есмъ стар, и жена моя заматоревши во днех своих) (ст. 18)?”

Ангел (говорит) Захарии: “Ты требуешь от Бога ручательства? Считаешь немощь сильнее Владычного обещания? Не боишься наперед расспрашивать приносящего тебе благовестие? “Чем мне убедиться в этом?” – говоришь, Захария? Разве тебя посылают в Египет, чтобы устрашить фараона? “Чем мне убедиться в этом?” – говоришь, Захария? Разве ничего сверхъестественного Бог не делает? Ты спрашиваешь последовательности у природы, и не видишь изумительного дела божества. Скажи мне, Захария, на чем укреплены столпы земли? Чем поддерживается свод неба? Где изобретаются вместилища облаков? Где образуются капли дождя? Где создаются хлопья снега? Кто руководит течением солнца? Кто отграничивает умаление луны? Кто исчислит множество звезд? Море во время бури как удерживается песком? Как смешиваются теплые потоки? Как создается мрак тумана? Как образуется человек в утробе? И как женский пол оказывается слабее мужского? Богоподобная душа как сразу оказывается в теле? “Чем мне убедиться в этом?” – говоришь, Захария? Ты ищешь последовательности природы, где дело Божие? Не веришь, что может родить бесплодная? Что же – если услышишь, что Дева сверх ожидания рождает? И может ли быть прежнее неверие верой? И за то теперь наказывается неверие в виду бесплодности, чтобы ты не усомнился в чуде в виду Девы: и вот, ты будешь молчать и не будешь иметь возможности говорить” (будеши молча и не могий проглаголати) (ст. 20). О, человеколюбивое наказание, производящее скорее исправление!

Ангел вразумляет поколебавшийся голос, обуздывает дерзкий язык: “и он объяснялся с ними знаками, и оставался нем” (бе помавая им: и пребываше нем). Хорошо у евангелиста записано и это – “оставался” (пребываше); молчание ожидает рождаемого голоса, Захария – Иоанна, старец – сына, иерей – пророка. Этим ангел говорит: “Так как ты, как неверующий, ищешь знамения от Бога, то прими биченосное знамение в собственном своем теле: ты будешь молчать и не будешь иметь возможности говорить до того дня, как это сбудется (будеши молча и не могий проглаголати, до негоже дне будут сия). Где орудие противоречия, там и мщение; где необдуманная смелость, там и воспитательная вожжа; где была дерзость, на том и наказание. Бог желал, Захария, чтобы ты сделался проповедником такого чуда: рождается начальник воинства Царя небесного и предуготовитель освобождения мира от грехов. Так как ты сделал для себя немощь тела сильнее Владычного обещания, то за это ты будешь молчать и не будешь иметь возможности говорить до того дня, как это сбудется, за то, что ты (будеши молча и не могий проглаголати, до негоже дне будут сия: зане не веровал ecu словесем моим, яже сбудутся во время свое). Видишь ли, что без веры ничто из должного не совершается!”

Только что услышал Захария эти слова, тотчас вышел из храма с молчанием, наградой за неверие. О, чудо! Он вошел для освобождения других, и сам вышел осужденным; принося богослужебное каждение, вынес знак изгнания. Народ ждал услышать что-нибудь благое от него, а он выражал знаками: “Никто пусть меня не спрашивает; я устрашаюсь Владычного негодования”. О, изумительные дела! Захария обуздывается, и Елизавета благоденствует; язык немотствует, и утроба беременеет; болтливый язык бесплодствует, и бесплодная делается матерью; болезнь утробы переселяется на язык; речь обуздывается, и рождаемое освобождается; Захария молчит, и Иоанн играет.

<...>

Елисавете же настало время родить, и она родила сына. И услышали соседи и родственники ее, что возвеличил Господь милость Свою над нею, и радовались с нею (Елисавети же исполнися время родити ей, и роди сына. И слышаша родственники ея и соседи, и радовахуся с нею) (Лук. 1: 57, 58). <...> Иное дело природы, и иное дело благодати. Чудом было то, что совершалось Иоанном; а это зависело не столько от плотского отца, сколько от Бога Слова. Об этом свидетельствует сам архангел Гавриил словами к Захарии: “и жена твоя Елисавета родит тебе сына… и Духа Святаго исполнится еще от чрева матери своей и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их; и предъидет пред Ним в духе и силе Илии” (вот жена твоя родит сына тебе, и Духа Святаго исполнится еще из чрева матере своея. И многи от сынов Израилевых обратит ко Господу Богу их: и той предъидет пред ним духом и силою Илииною) (ст. 13, 15–17). О, рождение сына иной, изумительной природы! Оно было изумительно и неестественно, так как (обычно) тот, кто рождает, в болезнях рождает. Захария не поверил, а Елизавета не усомнилась, принимая сверх надежды поздно рождаемаго сына; ради этого говорится: “родить” и “родила”; одно по природе, другое по вере. Рождающий, как я сказал, со страстью рождает; и производящая – в скорбях производит. Во чем же скорбь Елизаветы, когда присутствует Святой Дух, а не неопытная восприемница, когда это дело благодати, а не тягость природы?

Слушай! Этот труд был ничтожным в сравнении с радостью. Не после своего рождения Иоанн получил благодать, но, из материнской утробы одевшись освящением, стал дивным предводителем, как сказал ангел: “Духа Святаго исполнится еще от чрева матери своей… и предъидет пред Ним в духе и силе Илии”. Кто кому будет предшествовать? Иоанн Владыке Христу; поэтому он называется Предтечею, как можно слышать из слов самого Иоанна о Спасителе: “Идет за мною Муж, Который стал впереди меня” (муж, иже предо мною бысть) (Иоан. 1: 30). “За мной” – (значит) по времени; “впереди меня” – по престолу. Почему Гавриил сказал, что Иоанн предшествует Царю Христу в духе и силе Илии Фесвитянина? Слушай внимательно! “Илия” значит “Бог”. Так как Иоанн имел в самом себе Бога, – он исполнился Духа Святого еще от чрева матери своей, а Бог есть Дух – то, о нем говорил Господь чрез пророка за много времени раньше: “Вот, Я посылаю Ангела Моего пред лицом Твоим, и он приготовит путь предо Мною (се аз посыылаю ангела моего) (Мал. 3: 1), и многих обратит от заблуждения к истине”; ради этого Иоанн предшествует Господу в духе и силе Илии, так как у Иоанна много было сходства с Илиею. Конечно, сын рождается, и речь возвращается к отцу. Захария, когда его спрашивали, как бы он желал назвать дитя, “потребовал дощечку и написал: Иоанн имя ему” (испрош дщицу написа, глаголя: Иоанн будет имя ему). Не поверивший словам ангела теперь вынужден писать о явлении, проповедывать письмом; тогда по слуху не принявший сказанного теперь законодательствует рукою, пишет о бывшем.

И, дав имя ему, получил речь: отсюда “все удивились” (чудяхуся вси). “Разрешились уста его, и разрешились узы языка его, и он стал говорить, благословляя Бога” (Отверзошася уста его, и глаголаше благословя Бога). О, изумительное и странное чудо! Пишется имя сына, и немые уста отца открываются; Иоанном называется, и язык называющего устрояется. Видишь ли, как он не погрешил, и мы не погрешили, сказав приличное объяснение? Вот имя самого праведного открывает немые уста и побуждает неподвижный язык. Так глас вопиющий Иоанна обнаруживается, что даже само его имя вызывает голос: “я глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему” (глас вопиющаго в пустыни, уготовайте путь Господень, правы творите стези его) (Мф. 3: 3). О, чудо! Слово прибывает, и голос предвозвещает; Владыка идет, и раб предпосылается; Царь приходит, и воин предуготовляется. Итак, возрадуемся и возвеселимся, что Елизавета родила и Захария возговорил; что неплодная произвела, и старец воскликнул; что дощатая дощечка была спрошена, и язык иерейский разрешился и голос возвратился; что Предтеча явился, и весь мир возрадовался. Здесь следовало бы закончить слово, но Захария не позволяет восклицанием: “Благословен Господь Бог Израилев, что посетил народ Свой и сотворил избавление ему” (благословен Господь Бог Израилев, яко посети и сотвори избавление людем своим) (Лук. 1: 68). О, изумительные дела! Что говорит Захария? После своего воскресения Захария первый раз воскликнул: “благословен Господь”. Что (значит)? Захария был мертвым, и воскрес. Он не был мертвым по природе, но перенес подобие смерти. Он удерживался молчанием, как гробом, и, как пеленами, был связан узами языка; он возвратился к жизни, не дыша священством, и перенес оплакивание, горесть народа. Когда упраздняется иерей, скорбят все, за кого он ходатайствовал. После этого образного воскресения Захария первый раз воскликнул: “благословен Господь Бог Израилев”. О, Захария! Если бы ты не увидел духовного колоса, не узнал духовного земледельца, не получил дара, то не благословил бы дателя. Но Захария восхвалил Бога пророческой песней, достойной дара. Воскликнем и мы: “Благословен Господь Бог христианский, что посетил народ Свой и сотворил избавление ему!” Ему слава и держава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

6 октября — прославление святителя Иннокентия, митрополита Московского и Коломенского

Святитель Иннокентий, митрополит Московский и Коломенский6 октября Русская Православная Церковь вспоминает святителя Иннокентия, митрополита Московского, выдающегося миссионера, богослова, этнографа.

дальше
Святитель Иннокентий, митрополит Московский и апостол Америки и Сибири (в миру Иван Евсеевич Попов-Вениаминов), родился 26 августа 1797 г. в селе Агинском Иркутской епархии, в семье бедного пономаря. Мальчик рано усвоил грамоту и с 7 лет уже читал Апостол в церкви. В 1806 г. его отдали в Иркутскую семинарию. Здесь, как лучшему воспитаннику, юноше дали фамилию Вениаминов, в честь почившего Иркутского архиепископа Вениамина (†8 июля 1814). После окончания Иркутской духовной семинарии в 1817 г. Иоанн начал свое церковное служение в сане диакона, а затем священника в Благовещенском храме Иркутска, проявив себя ревностным и усердным пастырем.

В 1824 г. вместе с другими священнослужителями он получил от епархиального начальства приглашение на миссионерское служение на Алеутских островах. Вначале он отказался, но затем, вняв призыву Божьему потрудиться на ниве духовного просвещения, дал свое согласие.6 октября — прославление святителя Иннокентия, митрополита Московского и Коломенского

45 лет отдал святитель Иннокентий делу просвещения народов Камчатки, Алеутских островов, Северной Америки, Якутии, Хабаровского края. Неутомимый миссионер, Иннокентий сумел овладеть алеутским языком и различными наречиями северных племен. Переплывая с острова на остров, часто подвергаясь смертельной опасности, претерпевая нужду и лишения, он крестил тысячи людей и строил храмы, при которых основывал школы и сам обучал в них основам христианской жизни. Его трудами были переведены на алеутский язык Святое Евангелие, катехизис и некоторые богослужебные книги. Редкие часы отдыха будущий святитель посвящал метеорологическим наблюдениям, вел этнографические записи, описывал быт и нравы местных жителей. В 1833 г. святитель Иннокентий написал на алеутском языке одно из лучших творений православного миссионерства — «Указание пути в Царствие Небесное».

В 1840 г. священник Иоанн Вениаминов прибыл в Петербург, чтобы напечатать осуществленные им научные труды и переводы Священных книг на алеутский язык. К этому времени он овдовел. По решению Священного Синода он, после пострижения в монашество, принял рукоположение во епископа Камчатского и Алеутского.

Последующие 28 лет святитель Иннокентий трудился на огромных просторах восточных пределов России, просвещая светом Христовой веры народности, не приобщенные до того к Благовестию Христову. Под непосредственным руководством и при ближайшем участии святителя Иннокентия были осуществлены в эти годы переводы Священных книг на якутский и тунгусский языки, составлены соответствующие словари и грамматика. Под его редакцией вышли переводы на якутский язык всех книг Нового Завета (кроме Апокалипсиса), из Ветхого Завета были переведены книги Бытия и Псалтирь; из богослужебных книг — Служебник, Требник, Каноник, Часослов.

В 1852 г. Якутская область была причислена к Камчатской епархии, и город Якутск стал резиденцией епископа. Учитывая кочевой образ жизни якутов, святитель благословил устраивать в населенных пунктах небольшие часовни, а приходских священников снабдил переносными антиминсами, чтобы они могли чаще посещать эти часовни, а в случае необходимости совершать богослужения под открытым небом. В 1854 г. — во время нападения англичан (в связи с Крымской войной) на российские дальневосточные территории — святитель Иннокентий отправился на Амур через Аян, захваченный англичанами, и вел с ними переговоры. Как человек преданный своей Родине и близко принимавший к сердцу ее интересы, он проявил большую заботу о благоприятном разрешении Амурского вопроса. В эти края в качестве миссионера он назначил своего сына, священника Гавриила.

В июле 1859 г. святитель Иннокентий совершил первое богослужение на якутском языке.

Промыслом Божьим 5 января 1868 г. святитель Иннокентий стал преемником митрополита Филарета на кафедре Московских первоиерархов. Через Святейший Синод митрополит Иннокентий закрепил вековой миссионерский опыт Русской Церкви (еще в 1839 г. он предложил проект улучшения организации миссионерского служения).6 октября — прославление святителя Иннокентия, митрополита Московского и Коломенского

Находясь на кафедре московских святителей, митрополит Иннокентий учредил Православное миссионерское общество, которое в течение девяти лет под его председательством достигло больших успехов. Попечением митрополита московский Покровский монастырь был преобразован в миссионерский, а в 1870 г. учреждена Японская православная духовная миссия во главе с архимандритом Николаем (Касаткиным) (впоследствии святитель Николай Японский, память 3/16 февраля), которому святитель Иннокентий передал многое из своего духовного опыта. Весьма плодотворно было и управление святителем Иннокентием Московской епархией. Его стараниями построена церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Московской духовной академии.

Рака с мощами святителя Иннокентия Московского в Успенском соборе Троице-Сергиевой Лавры

Святитель Иннокентий преставился ко Господу 31 марта 1879 г., в Великую субботу, и погребен в Свято-Духовском храме Троице-Сергиевой лавры. 23 сентября/6 октября 1977 г. определением Священного Синода Русской Православной Церкви, в ответ на просьбу Священного Синода Православной Церкви в Америке, митрополит Иннокентий был причислен клику святых.

Память его установлено совершать дважды в год: 31 марта/13 апреля — в день его блаженной кончины, и 23 сентября/6 октября — в день прославления.

Источник: Патриархия.ру